Среди топ-менеджеров нередко можно встретить тех, кто увлекается экстремальными видами спорта. Их притягивает глубина, скорость, высота. Они опускаются на морское дно, водят самолеты, ищут новые нетронутые заснеженные

Среди топ-менеджеров нередко можно встретить тех, кто увлекается экстремальными видами спорта. Их притягивает глубина, скорость, высота. Они опускаются на морское дно, водят самолеты, ищут новые нетронутые заснеженные склоны, пытаются выяснить предел скорости и своих возможностей.

По мнению Джин Н. Ландрам, доктора наук, автора книг и исследований в области мотивации и лидерства, склонность к риску является одним из качеств, которыми обладают люди незаурядные и успешные. Ландрам утверждает, что для таких людей риск – не опасность, а захватывающее приключение.

Почему в действительности топ-менеджеры стремятся к риску за пределами бизнес-пространства? Что им это дает? Об этом лучше всего расскажут они сами.

Ваган Амичба, вице-президент управляющей компании «Тройка Диалог», занимается пилотированием, любит скоростную езду: «Я люблю скорость, потому что я занимался автомобильным бизнесом, и меня интересуют гонки Формулы-1. А пилотированием я увлекся, потому что было желание использовать новую возможность – я думаю, в будущем аренда небольших самолетов будет более широко распространена и доступна. На автомобилях передвигаться становится все труднее. Но для меня пилотирование не только возможный способ передвижения. Движение в трехмерном пространстве принципиально отличается от движения в двухмерном».

Виталий Ломтев, директор департамента продаж телеканала ТНТ, играет в регби, увлекается дайвингом: «Если говорить о регби, то это замечательная игра, результат в которой зависит от того, как работает вся команда. И в этой игре побеждает тот, кто морально сильнее, обладает большей силой духа. Важна уверенность в победе, напор, в нее нельзя играть без страсти, без сердца. Если говорить о дайвинге, то это, скорее, противоположность регби – это море, которое я безумно люблю, уединение, чувство единения с природой. В то же время иногда хочется попробовать опуститься чуть глубже, и тогда ты испытываешь азарт, ощущение опасности, необузданной стихии».

Екатерина Лабутина, руководитель группы trade marketing телеканала ТНТ, летает на параплане: «Ни в какой другой жизненной ситуации мне не приходилось испытывать такого ощущения свободы, какое дает параплан. И экстремальные виды спорта требуют гораздо большего хладнокровия и сосредоточенности, чем другие, более спокойные занятия».

Дмитрий Алимов, управляющий директор кинокомпании «АМЕДИА», занимается пилотированием: «Мое увлечение дает мне ощущение свободы, в том числе и над погодой, потому что можно взлететь над облаками. Пилотирование дает возможность перемещаться во всех направлениях. И это достаточно сложно, особенно в инструментальных условиях. Необходимо одновременно вести радиообмен, следить за показаниями приборов и т.д. Если пилот в одиночку летит по инструментальным правилам, это большой exercise management. Необходимо держать себя в правильном состоянии – и физическом, и ментальном. Нельзя зазнаваться, нельзя пугаться, иначе повышается риск. В некотором роде это похоже на бизнес».

Максим Тихонов, консультант компании Morgan Hunt, увлекается виндсерфингом и быстрой ездой: «Мне кажется, подобные увлечения вносят в жизнь разнообразие. Это своеобразная психотерапия, контраст, новый ракурс, благодаря которому становится видно, что в жизни действительно важно, а что относительно».

Интересно, что качества, которые необходимы для того, чтобы сохранить жизнь и здоровье в экстремальных спортивных ситуациях, и качества, без которых не выживешь в мире бизнеса, оказываются практически идентичны.

Однако нередко подобные экстремальные увлечения приводят к серьезным травмам. Например, Екатерина Лабутина получила перелом спины, а Виталий Ломтев – кесонную болезнь. «Мне пришлось просидеть в барокамере четверо суток, — рассказывает Виталий, — но там я познакомился с моим хорошим приятелем Сергеем Бешевым, директором по маркетингу «Мегафона», который находился там по той же причине».

К сожалению, за яркие ощущения многим приходится расплачиваться не только травмами, но и собственными жизнями. Вот лишь несколько примеров:

  • 8 декабря 2001 года погиб директор детских и игровых программ ОРТ Сергей Супонев, его снегоход врезался в препятствие.
  • 26 января 2003 года директор дома Trussardi 29-летний Франческо Труссарди погиб, потеряв контроль над управлением спортивным автомобилем Ferrari.
  • 2 января 2004 года генеральный директор Санкт-Петербургского машиностроительного завода «Арсенал» Виталий Сычев разбился, катаясь на снегоходе.
  • 19 сентября 2004 года во время очередного погружения на глубину погиб председатель совета директоров международного аэропорта «Внуково» Дмитрий Панин.
  • 27 июня 2005 года в результате аварии экспериментального сверхлегкого самолета погиб Джон Уолтон, сын основателя корпорации Wal-Mart Сэма Уолтона.
  • 17 июля 2005 года в результате аварии спортивного легкомоторного самолета погиб генеральный директор «Национальной страховой группы» Алексей Сазонов.

К несчастью, этот список далеко не полон. Так стоит ли рисковать? Каковы допустимые границы риска?

«Вся наша жизнь – риск, — говорит Дмитрий Алимов. — Просто необходимо заниматься риск-менеджментом, необходимо знать, как действовать в чрезвычайных ситуациях. 80% тренировок должны быть посвящены именно этому, а вести самолет в воздухе – это элементарно».

«Если ты отдаешь отчет в собственных действиях, с тобой ничего плохого не случится, — считает Екатерина Лабутина. — Конечно, есть риск возникновения непредвиденных ситуаций. Но большинство рисков предсказуемы и просчитываемы. Важно верно оценивать собственные возможности».

«Если ты занимаешься экстремальным видом спорта, ты принимаешь возможный риск, — говорит Виталий Ломтев. — Но травмы отходят на второй, пятый, двадцать пятый план, когда твоя команда побеждает. Риск, несомненно, стоит этих ощущений».

«Я не хочу летать в России, — говорит Дмитрий Алимов. — Здесь частные самолеты появились недавно и все ресурсы – аэропорты, воздушное пространство и т.д. – были выделены по остаточному принципу. Состояние взлетно-посадочных полос не плохое, а УЖАСНОЕ. Инфраструктура на земле, не менее важная, чем внутри самолета, в ужасном состоянии. Индустрия находится в слишком ранней стадии развития».

«Я считаю, что риск не должен превышать размер удовольствия, получаемого благодаря экстремальным увлечениям. Когда размер удовольствия превышает размер риска – это уже маниакальность, считает Ваган Амичба, — Будь то автомобиль или самолет, если рядом со мной пассажиры, то риск недопустим или должен быть минимальным. Надо отдавать себе отчет, с какой техникой ты имеешь дело. Кто ее тебе передает? Кто обслуживает? Самолет – более сложная техника, чем автомобиль, поэтому много времени нужно уделить изучению теории. И впоследствии отрабатывать определенные действия в условиях ЧП. Конечно, сейчас состояние техники, ее старение, уровень обслуживания представляет большую проблему».

тоят ли ощущения, которые вы получаете от своих экстремальных увлечений, риска, которому вы подвергаете свою жизнь? На этот вопрос можете ответить только вы.


Источник: hr-portal.ru

Похожая запись

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *