Потребность в непрерывном совершенствовании системы подготовки квалифицированных кадров, недостаточная компетентность персонала с большим стажем работы в различных сферах общественного производства ставят с необходимостью вопросы создания целостной концепции профессионализации, выявления форм, в которых она происходит. Без решения этих задач невозможно качественное обучение и прогнозирование успешности профессиональной карьеры.

Данная проблема ставилась нами с целью выявления критериев психологического отбора и профессиональной диагностики персонала различных отраслей сферы сервиса и кадров для системы образования. Главное внимание было сконцентрировано на личности специалиста, так как от того, какой смысл имеет для него профессия, как он относится к другим людям, к себе, зависит успешность профессионализации.

В литературе были выделены две формы психологической регуляции деятельности и соответственно профессионального становления: индивидная и личностная [4]. Для индивидной формы характерно стремление к сохранению усвоенных форм действий, к поддержанию соответствия между человеком и требованиями той деятельности, которую он выполняет. Личностная регуляция определяется ломкой старых способов и средств деятельности, установившихся отношений, активным стремлением к новым смыслам, которые требуют нового уровня психологической регуляции.

В процессе практической работы, однако, было выяснено, что две указанные формы не охватывают всего спектра проявления психологической активности в сфере профессионализации. Необходимо рассмотреть еще одну форму, в рамках которой также возможно профессиональное становление личности. Эта форма является как бы промежуточной, переходной между индивидной и личностной. Ее можно обозначить как индивидноличностную. В силу ее появления человек утрачивает согласие с самим собой, у него возникает неуверенность в своих силах, неясность жизненных целей, непонимание, как жить дальше [2]. Чаще всего это происходит на фоне дискредитации всей системы ценностей, когда теряются внутренняя цельность и смысл жизни. Возникает разлад системы «сознание — бытие «. Все это феноменологически выражается в утрате смысла [1]. Необходимо отметить, что третья форма психологической регуляции является типичным этапом профессионализации, однако острота данного кризиса зависит от всей жизненной стратегии, которая имеет целью восстановить целостность ценностносмысловой сферы личности.

Промежуточная форма психологической регуляции не может осуществляться на достаточно протяженном

89

отрезке времени. Человек либо возвращается к индивидной (регресс), либо поднимается к личностной (прогресс) формам регуляции, но в любом случае возникает новая ценностная система, посредством которой можно было бы восстановить внутреннюю целостность и обрести смысл бытия. От того, какие ценностные ориентиры будут выбраны, и зависит последующая форма психологической регуляции.

Построение новой ценностной системы вовсе не означает ее коренной перестройки, это «в общем случае перестройка отношений между нею и бытийным составом жизни » [1; 130].

Если же индивидноличностная форма регуляции продолжает осуществляться достаточно продолжительное время — в силу инерции, стремления сохранить наличную форму бытия, — возникают различные виды психологических защит, которые и восстанавливают непротиворечивость системы «сознание — бытие «, внутреннюю целостность. Функционирование защитных механизмов не проходит для человека бесследно: возникают различные виды психосоматических и невротических расстройств.

Правда, возможна и другая ситуация — субъект находит себя в деятельности, лежащей за пределами профессиональных интересов. И уже через эту внешнюю к профессиональной, деятельность и происходит его развитие (личностная форма) или же регресс (индивидная форма). Третья форма психологической регуляции может проявляться как в деятельности профессиональной, так и в деятельности, выходящей за ее пределы. Особый случай представляет момент, когда промежуточная форма психологической регуляции оказывается характерной как для профессиональной деятельности, так и для других проявлений одновременно.

Попробуем пояснить это примером. Человек осознает, что его бытие не соответствует той жизненной стратегии, которую он сам же построил, старается что-то предпринять, чтобы изменить это положение, но в плане внешней своей жизнедеятельности осуществить это не в состоянии. Если это происходит и в профессиональной деятельности, и, например, в семейной жизни, то такое сочетание и является критическим для всей системы жизни.

Исходя из изложенного выше, личностную форму профессионального становления можно представить следующим образом. Структура профессиональной деятельности и ее содержание не остаются неизменными, они изменяются с личностным ростом специалиста, который находит в ней все новые грани, новый смысл, новые формы в рамках той же профессии. Таким образом, развитие личности стимулирует преобразование профессиональной деятельности, углубление представлений о ней. Преобразование профессиональной деятельности, ее качественно новый уровень, в свою очередь, приводят к дальнейшему личностному росту (не только за счет преобразования операционального аспекта деятельности, но и через процесс персонализации, «инобытия » в других людях), что, в свою очередь, наполняет профессиональную деятельность новым смысловым, надситуативным содержанием. Следовательно, ключевые ценности субъекта выполняют функцию конечного основания выбора тех предметов, средств и способов, которые и образуют целостную деятельность. Поэтомуто саморазвитие человека и стимулирует преобразование профессиональной деятельности, которая, в свою очередь, является одной из побудительных сил развития личности.

90

Следуя логике перечисленных выше форм психологической регуляции, можно выделить три уровня осуществления деятельности. На первом, исполнительском, уровне происходит копирование образцов ее выполнения (зачастую не лучших), от специалиста здесь требуется способность к чисто репродуктивной деятельности, связанной с повторением некоторого образца. Деятельность представляется в данном случае состоящей из отдельных действий, цепочки исполнительских актов. Главное на этом уровне осуществления деятельности — формирование навыков, поведение ограничивается должностными инструкциями. Непосредственный характер отображения деятельности не позволяет выделить сущностные ее характеристики, задает упрощенное построение самой деятельности, что соответственно не может не сказаться на качестве.

Необходимо отметить, что за внешней простотой любой профессиональной деятельности таится внутренняя сложность, поэтому одно только наблюдение за работой не может раскрыть сущностных характеристик деятельности. Чтобы эта «свернутая » деятельность могла быть проанализирована, необходима декомпозиция сложного системного объекта, каким является профессиональная деятельность. Это требует значительных затрат времени и сил, поэтому зачастую ограничиваются изучением деятельности с чисто внешней стороны.

Можно выделить следующие характеристики специалистов, соответствующих первому уровню: работа по инструкции, ориентация на ее четкое выполнение. Другие люди для них выступают как средство достижения собственных целей, профессия зачастую является лишь средством обеспечения материального благополучия и выбирается именно с этих позиций.

На уровне планирования — втором уровне — имеются уже некоторые представления о деятельности в целом, человек переходит к более крупным ее единицам. Для специалистов, осуществляющих деятельность на этом уровне, в ее структуре начинает проявляться иерархия, но она носит еще нечеткий характер. Происходит попытка вырваться за пределы ситуативно необходимых для данной деятельности рамок. Здесь возможна частичная дезадаптация специалиста в силу того, что открывающиеся закономерности более глубокого представления о профессиональной деятельности вызывают к жизни новые требования, которые и сам человек предъявляет к профессии, и профессия начинает предъявлять к человеку. Наблюдается некоторый эффект отторжения, так как специалист уже видит, что способы осуществления деятельности, применяемые им, не лучшие, а изменить чтолибо в своей деятельности он зачастую еще не может. В силу этого те специалисты, которые находят новый смысл в деятельности и изменяют свое отношение к ней, преодолевают дезадаптированность; другие — спускаются на первый уровень осуществления деятельности, что ведет к адаптации, но препятствует личностному развитию профессионала.

На двух указанных уровнях выполнения деятельности личностные и профессиональные качества имеют как бы самостоятельную жизнь. На работе человек выглядит одним, вне работы он проявляет себя совершенно иначе. Это можно подтвердить примерами из нашей практики. Специалисты сферы сервиса, для которых желание помочь людям, сделать их отдых приятным не является внутренней необходимостью, а отражает только внешнюю сторону их деятельности,

91

в результате чего в течение всего рабочего времени им приходится сдерживать себя, по окончании работы начинают проявлять иные, зачастую агрессивные тенденции. Если для работников сферы сервиса характерна разрядка эмоционального напряжения либо вне дома, либо в семье, то у учителей преобладают способы разрядки на рабочем месте, в классе. Для таких специалистов с каждым днем положение все более усугубляется, что делает их практически профессионально непригодными, несмотря на большой опыт работы и высокий уровень развития умений и навыков.

На третьем уровне осуществления деятельности — уровне проектирования — происходит переход к принципиально новому пониманию строения профессиональной деятельности как целостного образования. На этом уровне складывается системное представление о деятельности. На данном уровне появляется радость творчества, чувство хозяина. Работа из обязанности превращается в потребность, происходит превращение труда в культуру, — это особый уровень осуществления деятельности.

В целом данные представления о деятельности можно охарактеризовать как три возможных способа поведения человека: согласно сложившимся стереотипам, привычным способам действия (логика характера и роли), согласно отношениям с миром (смысловая логика жизненной необходимости) и согласно своему личностному выбору на основе свободы и ответственности.

Учитывая изложенное выше, следует отметить, что полученные знания и сформировавшиеся умения и навыки, требующиеся для выполнения определенной профессиональной деятельности, а также индивидуальный стиль ее выполнения существенно снижают возможности развития личности специалиста, так как ему необходимо выходить за пределы всего этого для полноценного личностного развития. К тому же часто сформировавшийся индивидуальный стиль деятельности, а также внешние формы поведения могут являться компенсаторными и не отражать реальной профессиональной пригодности. Это чревато тем, что при любых затруднениях, фрустрирующих ситуациях при выполнении данной профессиональной деятельности они могут распадаться и в поведении будут проявляться действительные личностные особенности. При этом может выясниться, что работник, который отвечал всем предъявляемым требованиям и зарекомендовал себя хорошим специалистом, оказывается профессионально несостоятельным.

Несмотря на то, что профессиональная деятельность является ведущей в зрелом возрасте, для создания целостной концепции профессионализации описания уровней регуляции деятельности оказывается явно недостаточно. Только с их помощью нельзя спрогнозировать развитие личности в процессе ее профессионализации. Необходимо изучение жизненного пути личности. Степень активности человека в формировании собственной судьбы определяется нравственной зрелостью личности, умением ставить перед собой цели, достойные человека и позволяющие ему выходить за пределы своих наличных возможностей.

Как уже говорилось выше, можно выделить некое переходное состояние, когда личность обнаруживает невозможность жить попрежнему, не может предохранить свою неустойчивую систему Я от разрушения. Это состояние иногда называют состоянием

92

«утраты себя » [2]. При возникновении этого состояния то, что не достигается с помощью нравственной доминанты жизни, решается с помощью психологической защиты. Очевидно, это состояние и отвечает индивидноличностной форме регуляции деятельности и жизненного пути в целом.

На основании выделенных С.Л. Рубинштейном [5] способов жизненного пути можно охарактеризовать несколько модусов человеческого бытия, которые и определяют, как, каким образом используются, проявляются различные индивидуальные особенности в процессе жизнедеятельности, ведут ли они к развитию, стагнации или регрессу.

Можно выделить три таких модуса: обладания, социальные достижений и служения. Кратко охарактеризуем их.

Сущностной природе человека отвечает модус служения, когда основным жизненным отношением является любовь к другим людям, что позволяет человеку выходить за пределы своих актуальных, наличных возможностей. При жизненном модусе социальных достижений основным отношением к жизни является соперничество, что обусловливает повышенную тревожность, неуверенность в себе и является иногда препятствием успешному становлению профессионала. При модусе обладания другой человек является только объектом, средством для достижения собственных целей, нравственные преграды отсутствуют, что делает истинный профессионализм попросту невозможным.

Таким образом, именно при модусе служения о человеке можно говорить как о свободной личности, конституирующей свой жизненный мир и не зависящей от обстоятельств, а творящей их. Здесь жизнь является творчеством, ибо только через идеальную представленность в других людях и других людей в себе и возможно развитие собственной личности, что позволяет не раствориться в них.

В соответствии с нашими взглядами, именно указанные выше модусы и определяют формы регуляции профессиональной деятельности и поведения. Поэтому, определив модус жизнедеятельности, можно прогнозировать эффективность профессиональной деятельности.

Форма психической регуляции — это устойчивая характеристика целостной профессиональной деятельности, обусловливаемая тем модусом жизнедеятельности человека, который определяет его бытие. Но изменение содержания ведущего модуса не предопределяет изменения формы психологической регуляции, а является его условием. В определенных пределах это изменение может не сказаться на изменении формы саморегуляции деятельности, оставаясь в пределах данной формы. Возможен и такой случай, когда неизменная форма регуляции поведет за собой и преобразует модус существования человека, и даже в пределах одной формы регуляции возможно ее функционирование, обеспечиваемое различными психологическими механизмами.

Обратим внимание на тот факт, что выделенные нами модусы человеческого существования, или уровни развития личности, а также способы осуществления деятельности перекликаются со взглядами А.Ф.Лазурского о трех уровнях развития [3]. По его мнению, наиболее адаптированными личностями являются люди, модусом жизни которых является «обладание «. Единственное, что мешает их существованию, — это обладание другим человеком тем, чего

93

у них нет. Менее адаптированы люди, направленности жизни которых отвечает модус социальных достижений. Для них главным препятствием для нормального существования является зависимость от коголибо, невозможность стать первыми хоть в чемнибудь. Самыми неадаптированными являются люди, главной целью жизни которых является любовь. Несмотря на это, они более свободны, им в основном чужды ценности представителей двух других модусов. Им труднее существовать в обществе, но зато они являются более счастливыми и довольными своей жизнью. В данном контексте можно вспомнить слова А.Фрейд: чем больше человек адаптирован, тем менее зрелым он является, он закрыт для саморазвития; «панцирь характера » блокирует самовыражение личности. Манипуляции, которым человек был подвержен извне, стали уже внутренними манипуляциями.

Наши исследования показали ошибочность мнения, согласно которому личностный уровень регуляции характерен для самоактуализирующихся людей, которые стремятся постичь в профессии все возможное и усовершенствоваться настолько, насколько это соответствует их способностям. По нашему мнению, этих людей можно отнести к индивидноличностному уровню профессиональной деятельности и соответственно всего жизненного пути. Самоактуализация является лишь побочным продуктом реализации смысла жизни. В соответствии со взглядами В.Франкла, — и мы согласны с этим утверждением — как стремление к удовольствию лишает человека получения этого удовольствия, так и стремление к самоактуализации препятствует ее достижению. В. Франкл противопоставляет идее самоактуализации собственного Я концепцию реализации человеком трансцендентных ценностей и смысла жизни [6].

Учитывая последнее обстоятельство, можно отметить, что для выхода на личностный уровень регуляции необходимо, чтобы новые смыслы и цели деятельности соответствовали нравственным императивам, которые, даже не осознаваясь человеком, могут препятствовать успешно совершающейся деятельности.

В заключение можно констатировать, что работа, проведенная со специалистами сферы сервиса и образования, показала действенность нашего подхода при отборе, диагностике и прогнозировании успешности профессионального становления личности этих специалистов. В дальнейшем мы попытаемся проследить, насколько эффективен представленный подход при работе со специалистами других профессиональных групп.


Источник: hr-portal.ru

Похожая запись

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *